Социальная смерть
— Если хотите добиться в жизни чего-то действительно значимого, вам придётся много раз умереть.
Студенты, конечно, уточняют:
— А у вас было?
Конечно, было.
И не один раз.
Или вы думаете, революции происходят после обеда и без потерь?
Я называю это социальной смертью.
В медицинской психологии близкое описание — кризис идентичности и адаптации: момент, когда прежние представления о себе больше не справляются с новой реальностью.
Человек остаётся тем же.
А вот его прежняя версия — уже нет.
Мы почему-то уверены, что изменения — это хорошо.
Следовательно, изменения должны быть приятными.
Рост редко начинается с ощущения роста.
Сначала ты скучаешь по прежнему себе.
Даже если прежний ты был несчастен.
Знакомое страдание часто кажется безопаснее неизвестного благополучия.
Потом возникает паралич.
Ты прекрасно понимаешь, что надо делать.
Есть план.
Есть опыт.
Есть образование.
Но тело не согласно.
Ты откладываешь.
Избегаешь.
Потом приходится встретиться с собой.
И выясняется, что ты не только смелый, талантливый и целеустремлённый.
Ты ещё завистливый.
Трусливый.
Зависимый от чужого мнения.
Жадный до признания.
Иногда агрессивный.
Иногда просто эгоист.
Тень, как правило, гораздо менее фотогенична.
Дальше исчезает почва.
Старые правила перестают работать.
Новые ещё не появились.
Никаких гарантий.
Никакой карты.
Никто не выдаёт сертификат:
«Поздравляем. Вы всё делаете правильно. Продолжайте».
Приходится идти самому.
И тогда становится понятно, что взрослость — это не когда ты всё знаешь.
Взрослость — это когда ты умеешь действовать, не имея гарантии, что прав.
После этого приходит одиночество.
Не обязательно физическое.
Можно быть окружённым людьми и всё равно идти одному.
Потому что некоторые решения никто за тебя не примет.
Никто не проживёт последствия.
Никто не будет отвечать за твою жизнь вместо тебя.
Это неприятное открытие.
Но оно освобождает.
А потом происходит самое странное.
Ты перестаёшь хотеть того, чего хотел раньше.
Старые желания умерли.
Новые ещё не родились.
И некоторое время внутри — вакуум.
Нас учат считать это проблемой.
Надо срочно придумать новую цель, поставить дедлайн, составить список желаний.
Но иногда психике нужно просто пережить период, когда старое уже закончилось, а новое ещё не оформилось.
И вот здесь многие возвращаются назад.
В старую жизнь.
В старые отношения.
В старую роль.
В старые способы получать одобрение.
Не потому, что там было хорошо.
А потому, что там было понятно.
Психика вообще любит не счастье. Психика любит предсказуемость.
Поэтому социальная смерть так неприятна.
Она лишает человека не только статуса.
Она лишает его привычного представления о себе.
А это гораздо серьёзнее.
Потерять должность иногда легче, чем потерять человека, которым ты считал себя двадцать лет.
Не обязательно будет хорошо.
Сначала может быть очень плохо.
Страшно.
Одиноко.
Зло.
Стыдно.
Непонятно.
Можно обнаружить, что половина прежней жизни держалась на вещах, в которые ты больше не веришь.
Иногда это цена взросления.
Нельзя сохранить прежнюю личность целиком и одновременно построить новую жизнь.
Что-то придётся отпустить.
Убеждения.
Отношения.
Статус.
Амбиции.
Иногда — очень любимую версию самого себя.
Вот это я и пытаюсь объяснить студентам.
Если вы хотите только комфорта — пожалуйста.
Комфорт прекрасен.
Но не путайте его с развитием.
Можно очень долго сидеть в удобном кресле и называть это стабильностью.
А потом обнаружить, что кресло уже стало частью вашего организма.
Без социальных смертей роста не бывает.
Рост — это когда прежний ты больше не может продолжать.
И приходится идти дальше.
Без карты.
Без гарантий.
Без аплодисментов.
Иногда даже без желания.
Просто потому, что назад уже нельзя.
И, пожалуй, это единственный надёжный признак того, что изменение действительно произошло:
ты больше не можешь стать прежним.
А покой?
Покой — это для больных.
И покой — это просто очень хорошо организованная форма страха
— Если хотите добиться в жизни чего-то действительно значимого, вам придётся много раз умереть.
Студенты, конечно, уточняют:
— А у вас было?
Конечно, было.
И не один раз.
Или вы думаете, революции происходят после обеда и без потерь?
Я называю это социальной смертью.
В медицинской психологии близкое описание — кризис идентичности и адаптации: момент, когда прежние представления о себе больше не справляются с новой реальностью.
Человек остаётся тем же.
А вот его прежняя версия — уже нет.
Мы почему-то уверены, что изменения — это хорошо.
Следовательно, изменения должны быть приятными.
Рост редко начинается с ощущения роста.
Сначала ты скучаешь по прежнему себе.
Даже если прежний ты был несчастен.
Знакомое страдание часто кажется безопаснее неизвестного благополучия.
Потом возникает паралич.
Ты прекрасно понимаешь, что надо делать.
Есть план.
Есть опыт.
Есть образование.
Но тело не согласно.
Ты откладываешь.
Избегаешь.
Потом приходится встретиться с собой.
И выясняется, что ты не только смелый, талантливый и целеустремлённый.
Ты ещё завистливый.
Трусливый.
Зависимый от чужого мнения.
Жадный до признания.
Иногда агрессивный.
Иногда просто эгоист.
Тень, как правило, гораздо менее фотогенична.
Дальше исчезает почва.
Старые правила перестают работать.
Новые ещё не появились.
Никаких гарантий.
Никакой карты.
Никто не выдаёт сертификат:
«Поздравляем. Вы всё делаете правильно. Продолжайте».
Приходится идти самому.
И тогда становится понятно, что взрослость — это не когда ты всё знаешь.
Взрослость — это когда ты умеешь действовать, не имея гарантии, что прав.
После этого приходит одиночество.
Не обязательно физическое.
Можно быть окружённым людьми и всё равно идти одному.
Потому что некоторые решения никто за тебя не примет.
Никто не проживёт последствия.
Никто не будет отвечать за твою жизнь вместо тебя.
Это неприятное открытие.
Но оно освобождает.
А потом происходит самое странное.
Ты перестаёшь хотеть того, чего хотел раньше.
Старые желания умерли.
Новые ещё не родились.
И некоторое время внутри — вакуум.
Нас учат считать это проблемой.
Надо срочно придумать новую цель, поставить дедлайн, составить список желаний.
Но иногда психике нужно просто пережить период, когда старое уже закончилось, а новое ещё не оформилось.
И вот здесь многие возвращаются назад.
В старую жизнь.
В старые отношения.
В старую роль.
В старые способы получать одобрение.
Не потому, что там было хорошо.
А потому, что там было понятно.
Психика вообще любит не счастье. Психика любит предсказуемость.
Поэтому социальная смерть так неприятна.
Она лишает человека не только статуса.
Она лишает его привычного представления о себе.
А это гораздо серьёзнее.
Потерять должность иногда легче, чем потерять человека, которым ты считал себя двадцать лет.
Не обязательно будет хорошо.
Сначала может быть очень плохо.
Страшно.
Одиноко.
Зло.
Стыдно.
Непонятно.
Можно обнаружить, что половина прежней жизни держалась на вещах, в которые ты больше не веришь.
Иногда это цена взросления.
Нельзя сохранить прежнюю личность целиком и одновременно построить новую жизнь.
Что-то придётся отпустить.
Убеждения.
Отношения.
Статус.
Амбиции.
Иногда — очень любимую версию самого себя.
Вот это я и пытаюсь объяснить студентам.
Если вы хотите только комфорта — пожалуйста.
Комфорт прекрасен.
Но не путайте его с развитием.
Можно очень долго сидеть в удобном кресле и называть это стабильностью.
А потом обнаружить, что кресло уже стало частью вашего организма.
Без социальных смертей роста не бывает.
Рост — это когда прежний ты больше не может продолжать.
И приходится идти дальше.
Без карты.
Без гарантий.
Без аплодисментов.
Иногда даже без желания.
Просто потому, что назад уже нельзя.
И, пожалуй, это единственный надёжный признак того, что изменение действительно произошло:
ты больше не можешь стать прежним.
А покой?
Покой — это для больных.
И покой — это просто очень хорошо организованная форма страха
