Болит не тот, кто работает за двоих,
а тот, кто перестал нормально работать сам.
Интересно, что у пациента часто болит именно та часть тела, которая работает меньше.
Для него это почти всегда нелогично.
Он приходит туда, где лечат то, что болит, и ожидает, что я буду работать именно там. Но я начинаю с противоположной стороны — с той, которая молчит, не жалуется и, кажется, вполне здорова.
«А зачем вы это делаете? У меня же здесь ничего не болит».
Вот именно.
Потому что боль — довольно странный рассказчик. Она сообщает о себе громко, но не всегда рассказывает, с чего всё началось.
Иногда проблема не в том, что какая-то часть тела работает слишком много.
Иногда — в том, что она работает недостаточно.
Движение становится неэффективным, нарушается координация, меняется направление нагрузки. Какая-то часть тела постепенно перестаёт полноценно участвовать в движении, а организм привыкает обходиться без неё.
И однажды эта часть начинает болеть.
Получается парадокс:
болит не тот, кто работает за двоих,
а тот, кто перестал нормально работать сам.
Если позволить себе небольшую медицинскую крамолу, можно сказать, что у этой части тела начинается депрессия.
Не человеческая, конечно.
У неё нет воспоминаний, тревоги и бессонницы. Но есть функция, которая постепенно утрачивается.
И здесь тело вдруг начинает напоминать человека.
Нам тоже недостаточно просто существовать. Нам необходимо участвовать: делать, двигаться, создавать, быть кому-то нужными.
То, чем долго не пользуешься, постепенно теряет силу.
Мышца. Навык. Связь. Способность.
И возникает довольно жестокая мысль:
если ты не работаешь — тебя выпилят из системы.
Поэтому я иногда работаю там, где пациент ничего не чувствует.
Потому, что именно там может находиться то, чего давно не хватает его движению.
Иногда боль — это последний способ напомнить о функции, которой мы перестали пользоваться
Требуется консультация гнатолога
❤️
а тот, кто перестал нормально работать сам.
Интересно, что у пациента часто болит именно та часть тела, которая работает меньше.
Для него это почти всегда нелогично.
Он приходит туда, где лечат то, что болит, и ожидает, что я буду работать именно там. Но я начинаю с противоположной стороны — с той, которая молчит, не жалуется и, кажется, вполне здорова.
«А зачем вы это делаете? У меня же здесь ничего не болит».
Вот именно.
Потому что боль — довольно странный рассказчик. Она сообщает о себе громко, но не всегда рассказывает, с чего всё началось.
Иногда проблема не в том, что какая-то часть тела работает слишком много.
Иногда — в том, что она работает недостаточно.
Движение становится неэффективным, нарушается координация, меняется направление нагрузки. Какая-то часть тела постепенно перестаёт полноценно участвовать в движении, а организм привыкает обходиться без неё.
И однажды эта часть начинает болеть.
Получается парадокс:
болит не тот, кто работает за двоих,
а тот, кто перестал нормально работать сам.
Если позволить себе небольшую медицинскую крамолу, можно сказать, что у этой части тела начинается депрессия.
Не человеческая, конечно.
У неё нет воспоминаний, тревоги и бессонницы. Но есть функция, которая постепенно утрачивается.
И здесь тело вдруг начинает напоминать человека.
Нам тоже недостаточно просто существовать. Нам необходимо участвовать: делать, двигаться, создавать, быть кому-то нужными.
То, чем долго не пользуешься, постепенно теряет силу.
Мышца. Навык. Связь. Способность.
И возникает довольно жестокая мысль:
если ты не работаешь — тебя выпилят из системы.
Поэтому я иногда работаю там, где пациент ничего не чувствует.
Потому, что именно там может находиться то, чего давно не хватает его движению.
Иногда боль — это последний способ напомнить о функции, которой мы перестали пользоваться
Требуется консультация гнатолога
❤️
